Холизм и эволюция. Часть 2

 

Как я говорил раньше, это факт с далеко идущими последствиями. Если предположить, что энергия и разум происходят из материи, что они выросли из материи, если материя сдержит обещание, то это даст власть энергии и разуму, это положит конец вечному спору материалистов. Принятие точки зрения, за которую материалисты так яростно сражались, приведет к полному пересмотру ситуации. Раскрывается великая тайна; акт рождения энергии или разума проявляет непредвиденный характер и может никогда не превратиться в материю снова. Трудность, заключающаяся в секрете энергии и разума, перестает быть вопросом, который всего лишь является средством движения и силой.

Ориентиры старых порядков перемещаются, контуры старых идей изгибаются, энергия и разум становятся тягучими вместо того, чтобы оставаться твердыми. По существу, ухватиться и держаться за понятие эволюции – это должно привести к глобальным изменениям фундаментальных концепций. Энергия и разум вместо чуждых элементов физической вселенной отождествляются с физическим порядком и становятся гармоничными. Вследствие этого становится невозможным переходить к созданию всеобъемлющего физического порядка, в котором энергия и разум вновь провозглашаются чужими. Как в игре кошки-мышки, это является причиной беспорядка.

Эта игра внутри-снаружи не будет происходить. Если принять эволюцию и то, что энергия и разум развиваются из физического порядка, то становится невозможным описать физический порядок как только механический, в силу которого единичное не является частью целого. Если эволюция имеет место быть, если энергия и разум берутся из материи, то вселенная перестает быть только физическим механизмом, а становится местом, где находится место как для энергии, так и для разума. По-моему, неоткуда взяться аргументам, смешивающим далеко идущие последствия наших идей и биологии, где доминирующими все еще являются механические представления.

То, на что я хотел обратить внимание, это то, что наши окончательные представления нуждаются в повторном рассмотрении и что прежде всего новые точки зрения являются необходимыми, чтобы повторно рассмотреть обширные массы физических и биологических знаний, которые уже накопились. Некоторых доминирующих фактов может быть достаточно, чтобы привести к новой ориентации наших идей. Я рассмотрел факт эволюции как актуальный. И материалисты, и механические биологи сражались за принятие эволюции как факта, не принимая, что такое принятие должно неизбежно означать преобразование их точек зрения и что таким принятием должна быть затронута идея относительно роли, играемой механизмом в биологии.

Очевидно, что полное влияние доминирующей идеи эволюции на наше окончательное мировоззрение еще до конца не осознано и что мы в действительности пытаемся одновременно продвинуться с двумя непоследовательными наборами идей (идея эволюции и доэволюционная идея физического развития). Здесь, однако, появляется явная неразбериха и появляется необходимость разъяснить наши идеи и новые точки зрения. Позвольте мне теперь оставить теорию эволюции как влияющую на наше мировоззрение и привлечь ваше внимание к другому похожему случаю, который возникает в теории происхождения Дарвина.

Согласно этой теории ошибочно считается, что естественный отбор является только механическим фактором. Очевидно, что это работает как внешняя причина, в борьбе за существование устраняя непригодное и оставляя пригодное для воспроизведения вида и продолжения истории развития. Откуда бы ни происходил естественный отбор и какое бы влияние на него ни оказывали механические причины или факторы это подобно граду, который убивает градинами растения и животных или засухе, убивающей все живое отсутствием воды. Является ли разрушение следствием физических механических причин вроде града или засухи или это является результатом действия врагов или болезней или чего-то подобного – нет никакого различия для результата, который в любом случае является тем же самым.

Обширный взляд на причины отбора не был учтен и в естественном отборе были учтены только проявления простого механического фактора. Согласно этому взгляду, теория эволюции Дарвина мощно подкрепила механическое представление. Результатом этого стало прямо противоположное тому, что ожидалось от биологического прогресса. Царство энергии вместо того, чтобы сражаться за свои права и полномочия машинально сдалось во власть физической силы и на самом деле действовало с ней сообща, чем укрепило власть физической силы.

Принятие теории дарвнизма фактически содействовало этому. Неправильное понимание природы механических идей естественного отбора вторглось в область энергии, вызвав противостояние. Этот результат был обусловлен, как я сказал, обобщенной концепцией естественного отбора вне зависимости от органических или неорганических причин. Однако, есть одна форма естественного отбора, с которой при таком подходе нельзя иметь дело. Это возникает не только из-за органических причин, но также из-за духовных и ментальных причин. Дарвин назвал это половым отбором, несмотря на сопротивление Уоллиса и других, с течением времени на это был сделан большой акцент в теории происхождения. Естественный отбор разрушает его участников; половой отбор, напротив, имеет более ограниченную сферу применения и применяется в отношении самцов, репродуктивные способности которых требуется прекратить или ограничить.

Другими словами, это борьба между самцами за обладание самками, в этой борьбе самцам помогает не только их сила или боевая мощь, но также непреодолимая сила красоты и притягательности самок. Становится ясно, что подлинная движущая сила этой формы отбора главным образом биологическая и духовная. Самку привлекает борьба самцов, конкурирующих между собой за ее внимание. Мы можем наблюдать, какого совершенства достигают самцы под влиянием женского сексуального инстинкта, а также с изумлением поражаться эмоциональной чувствительности самок насекомых, птиц, животных, а также тонкости эмоциональной дискриминации, которая следует из этого.

Красота формы и цвета, например, перья павлина, такова, что даже человеческий глаз может это признать. Согласно принципам полового отбора, совершенство красоты следует из-за удивительной эмоциональной чувствительности, на основании которого в течение многих поколений происходит выбор наиболее достойных самцов. И то же самое можно сказать в отношении самцов птиц по вторичным половым признакам. По этой теории психическая эмоциональная сила со стороны самок является настолько удивительной, что это не поддается объяснению. Если совершенствование вторичных половых признаков происходит под влиянием полового отбора, то нам следовало бы радиально проверить наши взгляды. Если бы, например, женщина проявляла бы такую же чувствительность и эмоциональную силу – какими бы суперменами стали мужчины!

Я боюсь, однако, что теория полового отбора не рассказывает до конца всю историю, которая следует из этой теории. Я вернусь к этому вопросу в восьмой главе. Но помимо моей подлинной цели, это вызвано необходимостью отличить механический отбор от физического. Если половой отбор играет действительно важную роль в органическом развитии, как утверждает Дарвин и другие биологи, то мы можем сделать вывод о том, что движущей силой в развитии является психическая, но никак не механическая сила. Я пошел бы далее, и в разрез с текущими представлениями готов утверждать, что даже естественный отбор как форма борьбы между растениями и животными, является не столько органическим, сколько психическим. Прогресс имеет место, потому что более пригодный организм разрушает в своих собственных целях менее пригодный организм.

В сущности, органическая борьба создает психическую ситуацию настолько же, насколько ее создает война между людьми. И это происходит потому, что мы абстрагируемся от ситуации животной борьбы и смотрим на окончательный результат многочисленных ситуаций как на вид силы в естественном отборе, создающей механический фактор. Он появляется извне и определяет дальнейший механический курс. Но эта общая борьба фактически состоит из множества мелких стычек, в которых пригодное намеренно разрушает непригодное. Направление общей борьбы зависит от направлений мелких сражений. Я ни в коем случае не хочу сказать, что борьба индивидуальностей в природе способствует улучшению биологического вида. За исключением борьбы за самого себя, свою семью и свой род, поскольку это более соответствует победе соперника в действующем сражении.

Психический характер конкретного небольшого сражения отражает главную суть естественного отбора. Фактически, текущее представление о естественном отборе является иллюстрацией пути, в результате которого механическая сила в сумме состоит из элементов, которые по отдельности имеют психическую природу. Это еще раз показывает, насколько осторожно и тщательно мы должны исследовать конкретные детали, не делая обобщенных выводов. Абстракция и обобщение, являясь полезными и необходимыми в научных целях, в действительности в значительной степени лишают реальные события их истинных характеров, которые являются жизненно важными для правильного понимания действительности.

Подводя итог, получаем: кроме влияния физической окружающей среды движущие силы органического развития в форме естественного и сексуального отбора являются не только механическими, но также и также психическими. Этот результат теории Дарвина находится в полном согласии с более общими понятиями, которые мы получили из анализа развития. Согласно как эволюции, так и более специальной теории органического развития Дарвина, энергия и разум являются не тенью механического процесса, а имеют полное право и являются истинно действующими факторами, играя существенную роль в прогрессе. Некстати для эволюции как энергия, так и разум могут считаться ее первопричиной. То, что я сказал, не затрагивает неопределенности и неудовлетворительности существующих понятий и необходимости поиска более определенных и адекватных понятий.

Все, о чем я хочу сказать, это то, что вещи, которые они поддерживают, реально существуют в природе, а не только на словах. В дальнейшем будет предпринято усилие, чтобы дать большую определенность этим понятиям и определить природу и характер деятельности этих факторов. Этого должно быть достаточно, чтобы подчеркнуть, что природа развития была затемнена механическими концепциями и что ошибочный вклад в это недоразумение внесли неверные представления о характере причинной обусловленности.

Часть 3

Автор: